Победа автомобиля москвича 1986 году

Как советский Москвич 412 стал легендой автомобильных гонок: 4 лучших выступления на международных ралли-рейдах

Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.

Марафон Лондон — Сидней 1968 г.

А началось все в 1968 г. Организованное британской газетой «Daily Mirror» «Ралли века» по маршруту из Лондона в Сидней – марафон протяженностью 16 тысяч километров и 11 стран стал знаковым в истории автоспорта. Успешное выступление на таком мероприятии было лучшей рекламой для выступающего автомобиля. А поскольку «Москвич» планировали продавать на экспортных рынках, ему эта реклама была необходима.

Марафон выдался по настоящему непростым: из 98 экипажей финишировали только 56. Наша команда «Автоэкспорт» пересекла финишную линию в полном составе и заняла 4-е общекомандное место. И все это при том, что у советских гонщиков, в отличие от именитых конкурентов, не было станций техобслуживания на маршруте. Ремонт машин лег на экипажи «техничек», в роли которых выступили универсалы Москвич 427. Они, в полном смысле слова, героически на всем маршруте ехали за «боевыми» экипажами будучи под завязку загруженными запчастями.

Марафон Лондон — Мехико 1970 г.

Марафон 1968 года вышел по настоящему впечатляющим зрелищем. Неудивительно, что его решили повторить. На этот раз финишировали экипажи в Мехико, а путь стал почти в два раза больше: 26 тыс. км. и 26 стран. На старт вышло 96 экипажей, среди них 5 Москвичей, к финишу пришло же только 23 машины, среди которых 3 «четыреста двенадцатых». Советские гонщики заняли третье место в командном зачёте, 12, 17, и 20 места в общем зачете и 2, 3, 4 места в личном зачете в своем классе. Итогом обоих супермарафонов стало признание «Москвича» как надежного, крепкого автомобиля, а ведь наши гонщики ездили на машинах, которые по сути ничем не отличались от стандартных.

Ралли «Тур Европы» 1971 г.

Успех, добытый участием в «сверхмарафонах», был подкреплен выступлением на ралли «Тур Европы» 1971 года. Участникам этого ралли следовало пройти больше 14 тыс. км по дорогам 16 стран. Компанию на этом турнире «Москвичам» составили представители Волжского автозавода на ВАЗ–2101.

Обе команды отлично себя показали. Команда «Автоэкспорт», выступающая на Москвичах 412 модели, получила «Золотой кубок» и стала победителем соревнований, а дебютанты на волжских машинах заняли второе место и получили «Серебряный кубок».

«Западное Сафари — Аргунгу» 1973 г.

В 1973 г на старт ралли «Западное Сафари — Аргунгу», которое проходило в Нигерии, вышло 27 экипажей, среди которых команда «Автоэкспорт» на трех Москвичах. Ралли проходило в жесточайших условиях: 3700 км протяженностью, среди которых 700 км – это полнейшее бездорожье, сумасшедшая жара, высокая запыленность трассы. Техника, как и люди, работала на пределе. До финиша добралось всего лишь 7 экипажей. Удивительно, но все три советских машины пересекли финишную линию заняв второе, третье и пятое места, а главное первое место в общекомандном зачете.

И ведь могли же…

Москвичи были очень популярными как у нас, так и за границей из-за своей репутации надежного автомобиля. В продолжение темы 5 надежных подержанных автомобилей, владельцы которых посещают СТО только для плановых проверок

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:

Источник

Ралли века: трудный путь советских «Москвичей» к третьему месту

Никто не верил в их успех в 68-м и 70-м. У конкурентов были целые штаты механиков и вертолеты, а у них — только две «технички» с запчастями. Они спали в машинах, сбивали кенгуру, спасались от мафии, чуть не погибли, но в итоге финишировали на подиуме.

Тяжелейшие международные марафоны «Лондон — Сидней» и «Лондон — Мехико» 1968 г. и 1970 г. современники назвали «Ралли века». Команды советских «Москвичей» были в числе немногих успешно дошедших до финиша. Составляющей успеха были не только сами автомобили — героизм пилотов, штурманов и механиков отмечали даже соперники.

В нашей прошлой публикации, также посвященной тем легендарным «Москвичам», мы подробно разбирали технические отличия раллийных машин от серийных. Здесь же сосредоточимся на ходе гонки.

До старта

Выставить свои экипажи в двух на самом деле выдающихся ралли-марафонах Советскому Союзу помог случай. Один из руководителей советской внешнеторговой организации «Автоэкспорт», совершенствуя свой английский, читал за чаем британскую прессу и наткнулся на анонс первого ралли-рейда. Времени до конца регистрации оставалось немного, и чиновник немедля позвонил в Министерство автомобильной промышленности. «Добро» на государственном уровне было получено сразу. Генсек Леонид Ильич, как известно, сам был не чужд любви к автомобилям.

До начала соревнований никто из именитых людей мирового автоспорта и организаторов гонки «Москвичи» всерьез не воспринимал. Когда перед стартом марафона в Лондоне проходил светский раут и всех участников попросили выбрать три потенциальные команды-лидера, лишь польский гонщик Собеслав Засада точно подметил, что советские машины еще себя покажут.

Для команд-участниц и в первом, и втором марафонах на заводе готовили по запасному автомобилю. Как оказалось, отнюдь не на случай серьезной поломки в последний момент одной из зачетной машин. Ввиду надежности «боевых» автомобилей, главная роль запасного образца сводилась к позированию для фирменных фотоальбомов и буклетов. Собственно говоря, и прошедшие весь нелегкий путь рейда экземпляры «Москвичей» тоже сохранили свой товарный вид.

Казусы в ходе гонки

Длинный путь обоих ралли-рейдов приносил нашим гонщикам приятные сюрпризы и не очень. Так, еще двигаясь по автобанам и проселкам Европы, пилоты «Москвичей» начали замечать за собой хвосты из других «боевых» автомобилей — пелотоны по 2-3, а иногда и 5-7 машин, не торопящихся обгонять «русских». Сначала пытались найти у себя какую-то неисправность, потом внимательно смотрели на ограничения скорости, не нарушаются ли ПДД. Но разгадка оказалась достаточно простой: наши штурманы были лучшими среди всех участников гонки и никогда не блуждали по узким улицам старых европейских городков. В которых, естественно, никогда раньше не бывали.

В первом марафоне, когда маршрут проходил через Италию, все гоночные авто лишились своих номеров на боковинах кузова. С чем это связано? Дело в том, что итальянцы, как известно, народ эмоциональный, и они, видя на своих улицах соревнующиеся экипажи, не упускали возможность потягаться на своих «Альфах» и «Фиатах» с марафонскими «Мерсами» и «БМВ». Пилоты заводской команды Ford вспоминали, что когда их остановили полицейские за превышение скорости, то согласились отпустить лишь после импровизированного стритрейсерского заезда. Надо сказать, что патрульная Alfa Romeo проиграла раллийному Ford Escort, хотя перед заездом карабинеры убеждали гонщиков в обратном.

На австралийском этапе первого пробега гонщики одного из «Москвичей» не поставили на передок защиту от кенгуру — хотели сэкономить в весе, не перегружая передок. По иронии судьбы именно экипаж этого автомобиля оказался единственным из нашей команды, кто сбил взрослого кенгуру. Большое животное помяло облицовку передка, оказалась разбитой фара, а главное — пробило радиатор. На ремонт потратили более получаса.

В гонке 1970 года советская команда из-за азарта борьбы даже потеряла одну машину. Несмотря на то что внутренняя конкуренция в команде жестко пресекалась, полностью ее побороть не удалось. Во время смены водителя мимо «Москвича» под номером 21 промчался другой наш экипаж. Пилот кинулся догонять коллег по команде и в горячке, прыгнув за руль, не пристегнулся ремнем. Как на грех, сразу после этого на одном из крутых виражей гонщик не справился с управлением и отправил «Москвич» под откос. Машина пошла кубарем, при перевороте водитель вылетел через дверь и сломал семь ребер.

Экипаж следовавшей в конце пелотона нашей «технички» увидел на обочине горной дороги местных ребятишек, играющих табличкой со стартовым номером 21, и почуял неладное. «Дознание» привело к месту аварии, и соотечественники пришли на помощь пострадавшим. Ближайший город, где можно было получить медицинскую помощь, находился в 500 километрах. Туда и отправилась «техничка», принявшая на борт раненого, а потерпевший аварию «Москвич» поставили на колеса, и он продолжил гонку.

Правда, судьи все-таки сняли 21-й номер с соревнований, но не по техническим причинам, а из-за потери члена экипажа, оставшегося в больнице. Дальше остальным экипажам «Москвичей» пришлось ехать гораздо медленнее, перестраховываясь, чтобы наверняка довести до финиша оставшиеся три зачетные машины — именно столько требовалось, чтобы зафиксировать в Мехико финиш «Москвичей» в командном зачете.

Ремонт в полевых условиях

Можно смело сказать, что советская команда добилась высоких результатов вопреки скромной поддержке и экономному финансированию. Заводские команды Ford, Peugeot, Citroen, British Leyland и прочие обладали десятками «техничек» и даже вертолетами поддержки, а команды механиков встречали «своих» на каждом бивуаке.

Наши же «боевые» седаны могли ждать помощь только от двух «техничек» — по окна загруженных запчастями универсалов «Москвич-427», вес которых без людей составлял около 2 500 кг. Кстати, о людях: не зря в экипаж марафонских «четыреста двенадцатых» входило по три человека вместо привычных для европейцев двух, потому что наши гонщики одновременно являлись и механиками.

Источник

Страницы истории. Победы «Москвича» на международных ралли.

Из названия блога я думаю понятно о чём пойдёт речь, но на всякий случай я приложу картинку, которой со мной охотно поделился VadimZoorgut86, за что ему огромное спасибо 🙂

С самого начала 1960-х последовали выступления наших спортсменов и на зарубежных соревнованиях, благо, появились новые автомобили — ГАЗ-21 «Волга» и 407-й «Москвич», однако, борьба шла с переменным успехом — лучших результатов добивались на соревнованиях между соцстранами. На серьезных международных соревнованиях лучшее, на что могли рассчитывать — это зачетные места в своем классе автомобилей. Так на ралли «Монте-Карло» 1964 года наши экипажи на 21-х «Волгах» и «Москвичах-407» не получили финального зачета, а в 1965-м вовсе не добрались до финиша. Однако глумиться над нашими спортсменами и их техникой у меня нет никакого желания, не было тут вины и создателей техники, просто время наших успехов еще не пришло. Причина лежала вроде бы на поверхности — нашим машинам не хватало мощности — подготовленный двигатель раллийного «Москвича-403» тех лет развивал около 60-65 сил, ГАЗ-21 — 90-100 сил. Конкуренты с каждым сезоном увеличивали отрыв по мощности.

Что же, разве наши конструкторы не могли создать достойный аппарат? Могли, но регламенты ралли тогда были сильно привязаны к серийным машинам, и зачетные группы, в которых выступали наши спортсмены, устанавливали жесткие требования по степени вмешательства в исходную конструкцию. Вспомним, что собой представляли наши основные боевые машины в серийном исполнении: «Москвич-403» — двигатель объемом 1,36 л мощностью 45 л.с., «Москвич 408» — 1,36 л и 50 л.с., ГАЗ-21 «Волга» — 2,44 литра и 70-75 «лошадей». Не густо. Конечно, мощность моторов можно было поднять, но тогда немудреные советские нижневальные моторы со штанговым приводом клапанов резко теряли в ресурсе и надежности.

Это был первый советский серийный верхневальный мотор для легкового автомобиля. При объеме 1,5 литра, с расположенными под углом друг другу клапанами, поперечным газовым потоком, полусферической камерой сгорания, двигатель обладал невиданной ранее для советских машин удельной мощностью и развивал внушительные 75 сил. Однако главное заключалось не в этих цифрах, а в запасе по форсировке — верхневальный алюминиевый мотор с удачной конструкцией ГРМ, сильно схожей с моторами BMW тех лет уже в рамках группы А1 (стандартные машины, где разрешалась лишь замена жиклеров в карбюраторе) выдавал 81-83 л.с., а двигатели, подготовленные по более высокому уровню групп А2 и А4 развивали мощность 120-150 л.с., обладая при этом достаточным запасом надежности. Впервые наши раллисты получили достойную технику, на которой можно было побороть конкурентов. И шанс представился незамедлительно.

В «Ралли века», как тогда называли марафон «Лондон-Сидней» 1968 года (16 тысяч километров), наряду с известнейшими мировыми производителями участвовала и команда Советского Союза на автомобилях АЗЛК. Все четыре «Москвича-412» добрались до финиша. В абсолютном зачете позиции были невысоки, но в командном зачете советский экипаж занял 4 место за счет того, что команда АЗЛК была единственной добравшейся до финиша без потерь. Особенностью марафона было то, что в нем не было разделения на классы, и наши полуторалитровые «Москвичи», мало чем отличавшиеся от серийных, выступали в одном зачете, например, с Ford Falcon GT с пятилитровым V8 или BMW 2002ti с впрысковым двухлитровым шестицилиндровым двигателем и Triumph 2.5PI с 2,5-литровой «шестёркой», — к тому же подчас серьёзно модифицированными и другими «раллийными монстрами». Список же модификаций Москвичей включал лишь местное усиление кузова, каркас безопасности из хромансилевых труб, «люстру» противотуманных фар, кенгурин, защиту картера двигателя, пневматические звуковые сигналы, высотный корректор в карбюраторах, навигационные приборы, дополнительный топливный бак и диски колёс увеличенной ширины. В таком виде Москвич потяжелел на

500 кг, мощность же собранного вручную мотора лишь немного превосходила показатели штатного (80 — 81 л.с.). Советских раллистов ждал успех и в другом сложном марафоне — «Лондон-Мехико» 1970 года (26 тысяч километров), где в командном зачете АЗЛК завоевал «бронзу» — третье место, а один из экипажей занял 12 место в абсолюте (сложность маршрута показывает тот факт, что всего тогда финишировало 23 автомобиля различных марок из 96 стартовавших). В сложнейших дорожных условиях до финиша добрались три экипажа из пяти. «Москвич» становился знаменитым, на наши машины стали пересаживаться даже зарубежные спортсмены — ралли Бельгии 1971 года выиграл бельгийский же экипаж на 412-м «Москвиче».

В том же 1971 году на ралли «Тур-Европы» состоялся спортивный дебют советской новинки — ВАЗ-2101. И первый блин не вышел комом — «копейка» заняла второе место в абсолюте, пропустив вперед Opel Kadett 1.9 Rally со 120-сильным мотором. К слову, 1,2-литровый мотор для ВАЗа готовили в Италии. «Москвич-412» в этом ралли приехал третьим, что, тем не менее, не помешало АЗЛК завоевать «Золотой кубок» за лучший результат команды из 4 экипажей, а серебряный оставить тольяттинцам. В том же 1971 году прошло ралли «Золотые пески» в Болгарии. Экипажи на 412-х «Москвичах» заняли 4, 6 и 7 места в абсолюте, пропустив вперед Renault Alpine, BMW 2002 и польский Fiat 125P. В 1972 году на этом ралли команда АЗЛК заняла 8, 10 и 11 места, впереди оказались уже Porsche-911 S, Ford Capri и Renault Gordini — собратья по соцлагерю не скупились на технику для своих команд. На пьедестал наши спортсмены взобрались в том же 1972 году — на ралли «Рейд Польский» выдающийся спортсмен Стасис Брундза на «Москвиче-412» со 107-сильным мотором занял третье место. Первое досталось Рафаэлю Пинто на Fiat 124 Abarth, а на втором оказался теперь легендарный, а тогда еще молодой Вальтер Рерль на Ford Capri RS с 2,8-литровым мотором.

В 1972 году на базе М-412 был построен спортивный М-412Р с форсированным двигателем с двумя распределительными валами и литыми легкосплавными дисками для участия в общесоюзном первенстве. До восьмидесятых годов и появления семейства «Лада Спутник», «Москвичи» считались одними из наиболее перспективных для спорта советских автомобилей благодаря удачной конструкции двигателя. В августе 1968 года серийный «Москвич-412» стал на чемпионате страны первым, а всего на счету этой модели 15 побед в общесоюзных чемпионатах. В частности, выдающийся ижевский спортсмен Владимир Гольцов на ижевском «Москвиче» трижды становился чемпионом СССР по ралли (1977—1979 гг.), дважды чемпионом СССР по автокроссу (1979—1980 гг.), и семь раз чемпионом СССР по трековым гонкам (1979—1985 гг.).

В 1971 году три «Москвича-412» по инициативе бельгийцев участвовали в 24-часовом марафоне на трассе Spa-Francorchamps в рамках гоночной серии ETCC, в результате показав в квалификации три последних результата, уступив даже автомобилям более младших групп — медленные, но надежные. Два из трёх «Москвичей» достигли финиша — финишировали на 16 и 17 местах из 18, один автомобиль сошёл из-за прокладки головки цилиндров. Но надо заметить, что это было жестокое соревнование, и по причине серьёзных технических неисправностей из него выбыли и многие машины именитых западных фирм, например — по нескольку Chevrolet Camaro, Opel, BMW и Alfa-Romeo.

В африканском ралли «Западное Сафари — Аргунгу» 1973 года «Москвичи» заняли 2, 3 и 5 места, обеспечив первое место в командном зачете, причем автомобили АЗЛК пришли к финишу без поломок, в то время как именитых производителей буквально разваливались на части. А на ралли «Тур Европы — 73» когорта «Жигулей» получила золотой и серебряный кубки командного зачета. На соревнованиях стран соцлагеря в том году АЗЛК и ВАЗ не выходили из первой десятки абсолюта и поднимались на пьедестал. Но на западноевропейских соревнованиях наметилась негативная тенденция — все чаще нашим спортсменам приходилось довольствоваться лишь призовыми местами в своих классах — до 1300 куб. см (ВАЗ) и до 1600 куб. см (АЗЛК), что соответствовало 20-30-ым местам в абсолютном зачете.

1974 год был ознаменован триумфом АЗЛК — Стасис Брундза занял первое место в ралли «Тур Европы-74», кроме того, второе, пятое и шестое места также заняла команда московского автозавода. Экипаж на ВАЗ-2101 обосновался на 4 месте. Среди трофеев АЗЛК оказались: командный приз, золотой и серебряные кубки, кубок короля Иордании, первое место в национальном зачете, первое место в заводском зачете и первое место в абсолютном личном зачете и своем классе. Машины Волжского автозавода заняли второе место.

В 1975 году в большой спорт пришла тольяттинская новинка — ВАЗ-2103. В итоговом зачете Кубка Дружбы соцстран, ставший к тому времени легендой Стасис Брундза, занял четвертое место в личном зачете, выступая на «412-м». Он же, пересев на «трешку», принял участие в знаменитом ралли «1000 озер». Его первое место в классе А2 (до 1600 куб. см) соответствовало 19-му в абсолюте — время триумфов уходило. 1976 год — единственный заметный успех — 6 место Брундзы в греческом ралли «Акрополис».

Что же случилось после 1976 года? Почему наши спортсмены фактически замкнулись в рамках соцлагеря и СССР? Почему шестое место Стасиса Брундзы в «Акрополисе» стало последним заметным достижением наших спортсменов? Ответ прост — наши машины перестали соответствовать требованиям времени. Дело в том, что в 1970-х наметилось изменение формы проведения ралли. До этого ралли представляли собой тысячекилометровые марафоны, сафари, рейды, где главную роль играла равномерность движения, показателем которой была средняя скорость, задаваемая организаторами, а также дорожные условия. Тогда во главу угла ставили надежность и выносливость конструкций. А в середине 1970-х маршруты стали укорачиваться, средние скорости росли, ралли стали проходить на закрытых трассах и состоять преимущественно из скоростных спецучастков. Таким образом, на первое место вышли управляемость, быстроходность, динамика — то, чем советские машины похвастаться не могли. В это время начался процесс смены поколений раллийной техники, в прошлое уходили конструкции, ведущие свое происхождение с начала 60-х годов.

Четыре клапана на цилиндр, впрыск топлива, независимая задняя подвеска, дисковые тормоза на всех колесах, реечное рулевое управление, широкое использование алюминия и стеклопластика — вот, что стало нормой для «ралликаров» тех лет. Мощность моторов Ford, Fiat, Talbot, Lancia и прочих спортивных гигантов составляла уже недосягаемые 200-280 л.с. А наши «Жигули» и «Москвичи» как были, так и остались «рабоче-крестьянскими лошадками» по своей сути. Других машин в Союзе не было и не планировалось — «Москвич-2140» принципиально ничем не отличался от «412-го», ВАЗ принципиально ничего нового, кроме очередного рестайлинга «классики» не производил. Выпустить 400 серийных машин класса «гран туризмо» в условиях социалистической экономики было затруднительно. Чтобы достойно выступать в группах А1 и А2 нужно было иметь серийный прототип со всеми вышеуказанными достижениями технического прогресса, что было еще труднее, поэтому вторая половина 1970-х прошла в «междоусобных» раллийных битвах между АЗЛК, ВАЗ, а также «ижевцами», без претензий на первенство в западных соревнованиях.

На этой печальной ноте мы пожалуй и закончим 🙁

Источник

Триумфаторы века: «Москвичи», победившие Porsche-911 и BMW 2002

Во второй половине 60-х годов слава о советских «Москвичах» гремела на всю планету. Мировую популярность продукции Автомобильного завода имени Ленинского Комсомола принесли ралли века — трансконтинентальные марафоны «Лондон — Сидней» и «Лондон — Мехико».

Сегодня уважающие себя европейские газеты и журналы занимаются спонсорством модных тусовок и концертов. Четыре с половиной десятилетия назад ведущие издания увлекались автоспортом, организовывая трансконтинентальные марафоны. В крупнейших ралли-рейдах прошлого века «Лондон — Сидней» 1968 года и «Лондон — Мехико» 1970 года принимали участие советские команды.

Кому быть героем?

После того как руководители «Автоэкспорта» узнали о предстоящем первом марафоне, было решено поучаствовать в нем — для продвижения достаточно популярных на некоторых рынках отечественных машин и поднятия престижа советского спорта.

В Советском Союзе закипели дискуссии. Чиновники внешнеторговой организации спорили, какой модели участвовать в гонке: «Волге» ГАЗ-21 или «Москвичу-408». Вместе с инженерами рассматривали надежность и ремонтопригодность машин, популярность на рынках стран, через которые проходит маршрут соревнования.

Последнее слово сказал маркетинг. Первая «Волга» была устаревшей машиной, ей уже подготовили достойную замену. А вот «Москвич» — другое дело! «Малолитражка», как тогда говорили о машинах с 1.3-1.5-литровым объемом мотора, неплохо продавалась за границей (до 65% годового выпуска уходило на экспорт). К тому же машина недавно получила новый, более мощный (75 л.с.) двигатель УМЗ-412, и нужно было завоевывать новые рынки.

Анатомия гоночного «Москвича»

В гонке «Лондон — Сидней» стартовали четыре «Москвича», а финишировали три из них (результат лучшего экипажа — 20-е место). Через три года в «Лондон — Мехико» приняли участие уже пять экипажей, три из которых доехали до финиша, заняв в абсолютном зачете 12-е, 17-е и 20-е места, а в своем классе (объем 1.3-1.6 л) оккупировали подиум со 2-го по 4-е место. Что же собой представлял автомобиль, который удивил весь автомобильный бомонд 60-х?

Четырехдверный пятиместный седан с несущим кузовом пришел на смену модели 403 (это ее за схожесть с ГАЗ-21 шутники именовали маленькой «Волгой»). Разработка совершенно нового в сравнении с предшественником автомобиля началась на МЗМА в 1959 году, серийное производство машины стартовало в 1964 году. Через пять лет «Москвич» пережил, говоря современным языком, рестайлинг. В числе прочего передняя оптика стала прямоугольной, изменились интерьер, задние крылья и фонари.

Технический регламент обоих марафонов не ограничивал участников в усовершенствовании автомобилей. Но заводская команда «Москвича» приняла решение выступать на стоковых седанах, внеся лишь минимальные доработки. Ход сработал. Потенциальные покупатели видели, как серийные машины преодолевают самые серьезные препятствия, и спешили в автосалоны покупать советские «Москвичи» — крепкие и выносливые.

В марафоне 1968 года принимали участие четыре бежевых «Москвича-412» в старом «четыреста восьмом кузове» — с вертикальными задними фонарями и четырьмя круглыми фарами. В 1970 году к финишу в Мехико пробивались уже серо-голубые рестайлинговые машины. Их фары были прямоугольными, а задние светоблоки расположены горизонтально, не считая выступающего вверх треугольника указателя поворотов.

Автомобили для марафонов проверялись основательно. Первым делом на Уфимский моторный завод отправилась команда инженеров с АЗЛК, которая следила за изготовлением и обкаткой на стендах силовых агрегатов для боевых машин. Каждый двигатель проработал 62 часа, после чего их разобрали, проверили и вновь собрали. Каждая деталь в моторе получила свой сертификат качества. Сами двигатели были стандартные, не форсированные. Дело не в неумении отечественных инженеров повышать мощность двигателей, а в том, что на многих участках маршрута были лишь заправки с топливом октанового числа 66-70, при том, что даже нефорсированному УМЗ-412 требовался 93-й бензин. Учитывая то обстоятельство, что несколько тысяч километров экипажам предстояло проехать на высоте 3-4 тыс. м, в карбюраторах появились высотные корректоры.

Сборка самих автомобилей на заводском конвейере также проходила под присмотром инженеров и пилотов. В машинах для первого ралли-рейда кузов не усиливали, лишь проварили все стыки кузовных панелей сплошным швом вместо точечного. Из того, что отличало боевые машины первого марафона от серийных, стоит отметить также импортные амортизаторы Koni, дополнительный бензобак на 75 литров, масляный радиатор, расширительный бачок в системе охлаждения, усиленные рессоры, каркас безопасности, штурманское оборудование, гравийные шины Dunlop.

В 1970 году к уже перечисленным изменениям добавились более прочные маски на фары, алюминиевый поддон картера уступил место менее хрупкому стальному, в кузов вварили косынки и усилители. Также установили пневматический сигнал, гидровакуумный усилитель тормозов, усовершенствованную КПП с синхронизаторами на всех передачах.

Аксессуары и расходники

При подготовке к первому марафону встал вопрос о серьезной защите передней части машины от столкновений с кенгуру (ехать предстояло через Австралию). Заместитель главного конструктора завода лично разработал специальную быстросъемную решетку, которая крепилась через передние крылья к лонжеронам. Пилоты посчитали нескромным начинать в Лондоне ралли с установленной конструкцией, которая понадобится только через 10 000 км. Поэтому упакованные в деревянные ящики «кенгурины» отправили с оказией самолетом в Мумбаи, где марафон «догнал» их, и они были установлены на «Москвичи».

По правилам ралли, команды для каждого боевого авто должны были купить у спонсоров по одному комплекту шин, амортизаторов, баку топлива и канистре масла. В дальнейшем на протяжении всего марафона все эти комплектующие предоставлялись спонсорами бесплатно. С нашей командой приключилась история, которая с положительной стороны характеризует тогдашних представителей компании Koni. По пути на пароходе из Мумбаи в австралийский Перт гонщики, ремонтировавшие «Москвичи», выявили отсутствие запасных амортизаторов. Тогда капитан советской команды прямо с судна отправил телеграмму в центральный офис компании в Нидерланды (не зная точного адреса) с просьбой прислать в порт прибытия недостающие комплектующие. Местные торговые представители оперативно среагировали, и уже в порту наших гонщиков ждали новые амортизаторы.

О нетребовательности к расходникам и ремонтопригодности «Москвичей» говорит такой показательный случай. На одном из австралийских спецучастков острым камнем перебило тормозную магистраль, вытекла вся тормозная жидкость, а запасной бутылочки с собой не оказалось. Тогда изобретательные пилоты позаимствовали обычную воду из расширительного бачка и наполнили ею тормозную систему. Со столь необычной «тормозухой» автомобиль успешно проехал более сотни километров и финишировал с небольшим штрафом. Отдельного слова заслуживает феноменальная скорость выполнения всех ремонтных работ гонщиками и по совместительству механиками. Так, на замену коробки передач в полевых условиях отводилось 25 минут, на замену поддона картера двигателя — всего 20.

Источник