Толстой как детский писатель

Лев Николаевич Толстой – как детский писатель

Автор: Пользователь скрыл имя, 08 Ноября 2010 в 13:05, реферат

Описание работы

Жизнь и творчество Л.Н. Толстого.

Содержание

1.Введение.
2.Лев Николаевич Толстой – великий педагог, истинный знаток детской души.
3.Детство. Отрочество. Юность.
4.Детские рассказы. Азбука.
5.«Азбука» Л.Н.Толстого глазами художника.
6.Педагогическое творчество Л. Н. Толстого.
7.Заключение.
8.Литература.

Работа содержит 1 файл

Толстой Лев Николаевич.docx

Лев Николаевич Толстой – великий педагог, истинный знаток детской души.

В своих многочисленных статьях Л. Н. Толстой со всей свойственной ему страстностью призывал людей избавиться от гнета, обрести свободу мысли, воспитывать детей так, чтобы не нарушать их внутренний мир, развивать в них творческое начало. Также он пытался создать свою методику обучения и воспитания. Жизнь Л. Н. Толстого протекала в очень сложное и противоречивое время. Остро стоял вопрос о крепостных крестьянах. Крестьяне возмущались и негодовали, власть естественно была этим жутко недовольна, однако пойти на уступки. Реформа, проведенная в 1861 году, немногим помогла крестьянину: она оставила его нищим, забитым, подчиненным помещику везде и всюду. Долгое время свобода крестьян оставалась лишь юридической, мнимой. Все эти и многие другие противоречия ярко отразились в философских и педагогических взглядах Л. Н. Толстого.

В мировоззрении Толстого иногда сбивает с толку горячий протест против общественной лжи и фальши, который тут же сочетается с проповедью самоусовершенствования и непротивления злу насилием; трезвый реализм, непримиримость с официальной религии и рядом стоит отказ от реальной политической борьбы; много слов о свободе ребенке от навязывании ему всяческих уроков и лекций, и тут же Толстой ставит христианскую религию на первое место в образовании, что в корне противоречит принципам свободного воспитания.

Однако, взгляды Л. Н. Толстова, несмотря на свою некоторую противоречивость, с успехом воплощались в жизнь. В 1859 году у себя на родине, в Ясной Поляне Толстой открыл школу, необычную для того времени. В ней воплотились все идеи и желания писателя. Там обучались крестьянские дети, не было наказаний, взысканий, интересный и новаторский подход к обучению ребят. Толстой руководил и с перерывами сам работал в этой школе учителем математики и истории. Многие из учеников помнят, как он умел с помощью прекрасных, интересных и захватывающих рассказов поведать о таких сложных темах, как война, закономерности. Это ничуть неудивительно: Л. Н. Толстой был истинным знатоком детской души, тонким психологом и королем слова. Об этом свидетельствуют не только его блестящие литературные шедевры, но и “Азбука” и книги для чтения, созданные в 1872 – 75 годах. Эти книги написаны красивым классическим доступным языком. В них много историй про русскую историю, жизнь, быт. Также имеются небольшие поучительные и религиозные рассказы.

Толстой, будучи увлекающейся натурой, иногда отходил от педагогики, чтобы заняться иным поглотившим его занятием, но он никогда не отдалялся от детей, их интересов и забот. Даже не работая в школе, он встречался с ребятишками, душевно разговаривая с ними. Бывали случаи, когда Лев Николаевич сам приходил домой к ребенку, чтобы проведать, поговорить с ним. Лев Николаевич искренно, преданно, самоотверженно любил и страдал за каждого ребенка.

Детство. Отрочество. Юность.

Весной 1851г., находясь в Москве, Толстой начал работу над повестью “Детство”. Из планов видно, что “Детство должно было стать первой частью этого романа. За “Детством” должны были последовать ещё три части: “Отрочество”, “Юность” и “Молодость”.В планах Толстой изложил “основные мысли сочинения”. Он поставил целью “резко обозначить характеристические черты каждой эпохи жизни” и определил их следующим образом: в детстве преобладают “теплота и верность чувства”; в отроческие годы главенствуют в характере отрицательные черты — скептицизм, неопытность и гордость; в юности заметную роль играет “красота чувств” и вместе с тем развиваются тщеславие и неуверенность в самом себе; в молодости происходит дальнейшее движение чувств: “место гордости и тщеславия занимает самолюбие”.Юноша узнает цену себе и задумывается над своим назначением.

Значение трилогии “Детство”, “Отрочество” и “Юность” в истории творчества Толстого в том, что в ней впервые появился типичный толстовский герой — искатель истины, правдолюбец, наделенный даром наблюдательности, обладающий не только “умом ума”, но и “умом сердца”, высоконравственный и совестливый, нередко ошибающийся, но стремящийся быть лучше, выше, чище, справедливее. Все эти черты героя трилогии Николеньки Иртеньева постепенно формируются, растут, и укрепляются в его натуре, определяя развитие его характера.

Поэтизируя детские годы Николеньки Иртеньева, Толстой не скрыл их теневых сторон. Герой повести догадывается о неблагополучии во взаимоотношениях родителей, он начинает понимать, что за мягкими манерами отца, за его внешней добротой скрывается себялюбие, черствость и холодность, моральная нечистоплотность. Он рано догадывается о том, что не все хорошо в материальном положении семьи. Николенька узнает о том, как по барской прихоти была искалечена жизнь Натальи Савишны. Он видит конец жизни его первого педагога Карла Ивановича. Ему становится не по себе после того, как он, его брат Володя и мальчики Ивины подвергли насмешкам и издевательствам беззащитного Иленьку Грапа.

Разумеется, далеко не все неприглядные стороны жизни и быта его среды открываются Николеньке и не до конца они понятны ему. Но, сталкиваясь с ними, Николенька начинает понимать, что жизнь не так безоблачна и радостна, какой она ему казалась в те дни, когда его оберегала и осеняла любовь матери.

Грустное и тревожное чувство охватывает героя повести, когда он видит, что детство его кончилось и ему предстоит вступить в новый период жизни.

Вторая часть трилогии потребовала от автора не меньшего напряжения усилий, чем первая. Эта повесть, как и “Детство”, написана небольшими главами, связанными между собой не столько внешним (фабульным), сколько внутренним единством, которое достигается цельностью духовного облика главного героя и определенностью авторского взгляда на изображаемых людей и события.

С первой же главы повести “Отрочество” Толстой показывает, как герой его трилогии Николенька Иртеньев выходит из узких рамок семьи, где протекало его детство, в большой и многообразный мир, с людьми, в нем живущими, которым нет никакого дела до его личности.

Все последующие главы дают наглядное представление о том, как расширялся круг понятий героя повести, как учился в людях, его окружавших, и с какой горечью относился ко всяким проявлениям жестокости, несправедливости, грубости, неискренности.

К своему глубокому огорчению, все эти качества Николенька в избытке обнаруживает у людей, к которым он должен относиться с особенным уважением. – у бабушки, у отца, у гувернера-француза и других.

Герой повести считал период отрочества самым тяжелым периодом своей жизни. Он называл его пустыней отрочества и признавался, что очень хотел как можно быстрее пробежать эту пустыню, чтобы скорее достичь юности, которая представлялась ему “исполненной прелести и поэзии”.

Николенька прослыл философом за свою страсть к отвлеченным рассуждениям. Эта страсть часто заводила его в “безысходный круг анализа своих мыслей”. Он признается: “Я не думал уже о вопросе, занимавшем меня, а думал о том, о чем я думал. Спрашивал себя: о чем я думаю? Я отвечал: я думаю, о чем я думаю. А теперь о чем я думаю? Я думаю, о чем я думаю, и так далее. Ум за разум заходил. ”

В тоже время, ощущая в себе незаурядные духовные силы, герой “Отрочества” “часто воображал себя великим человеком”, и с гордостью смотрел на всех смертных. На деле же он робел перед каждым смертным. Но Николенька смог преодолеть все преграды, которые поставила перед ним “пустыня отрочества”.

Пройдя через “пустыню отрочества,” герой трилогии в юности испытывает сильную тягу к нравственному обновлению. Он избавляется от скептицизма, проникается верой и возможностью добра и счастья.

Источник

Методический материал «Роль Л.Толстого в развитии детской литературы»

«Управление общеобразовательной организацией:
новые тенденции и современные технологии»

Свидетельство и скидка на обучение каждому участнику

Роль Л.Н.Толстого в развитии детской литературы и детского чтения

1. Роль Л.Н.Толстого в развитии детской литературы и детского чтения

В современном мире вопрос о нравственном воспитании детей стоит наиболее остро. Ребенок, придя в этот мир, впитывает в себя все человеческое: способы общения, поведения, отношения, используя для этого собственные наблюдения, эмпирические выводы и умозаключения, подражание взрослым. И двигаясь путем проб и ошибок он может в конце концов овладеть элементарными нормами жизни в человеческом обществе.

Лев Николаевич Толстой был широко известен как создатель оригинальной педагогической системы, как автор совей особой «Азбуки», как основатель своеобразной школы для крестьянских детей. В связи с педагогической деятельностью в Яснополянской школе Лев Николаевич создает произведения для детей.

Характерными чертами этих книг были высокая художественность, выразительность, сжатость и простота, доступность детскому пониманию, занимательность, превосходный русский язык. Эти рассказы для учебных книг богаты и разнообразны по содержанию, они явились ценным вкладом в литературу для детей. Многие из этих рассказов помещены в современных книгах для чтения в начальной школе, в хрестоматиях для детей дошкольного возраста и выпускаются отдельными изданиями.

В своих многочисленных статьях этого времени по вопросам народного образования, о содержании и методах учебно-воспитательной работы школы Л. Н. Толстой сформулировал оригинальное учение о воспитании и обучении детей.

Свои представления о том, кто имеет право и должен создавать школы для народа и как в них следует воспитывать и учить детей, Толстой изложил еще в своих первых статьях, опубликованных в 1859–1862 годах в журнале «Ясная Поляна». Статьи вызвали огромный интерес и оживленную полемику оригинальной постановкой вопросов и особенно предложением о способах их решения.

Л. Н. Толстой убежденно заявил, что народ, находящийся по воле господствующих классов в тягчайших условиях, тем не менее стремится к образованию и что такое его стремление, особенно заметное в 60-е годы, составляет естественную и вечную народную потребность. Доказывая это, Толстой обращался и к своему опыту по организации сельских школ в Крапивенском уезде: население уезда быстро преодолело недоверие к новому начинанию и охотно помогало в открытии школ, которые быстро наполнились крестьянскими детьми.

Не может быть сомнений в том, что народ признает школы своим делом, если они будут отвечать его потребностям и интересам, а сам народ привлечен к организации школ. Одна из статей Л. Н. Толстого на эти темы имела характерное название «О свободном возникновении и развитии школ в народе». В статье автор доказывал, что отсутствие насилия при организации народного образования и есть тот путь, идя которым «дело народного образования найдет себе в народе не врага, а помощника и. безостановочно поведет общество к вечной цели совершенствования».

Наряду с введением демократических, свободных от насилия над народом способов организации народного образования, необходим коренной пересмотр теоретических основ педагогики, а также методов воспитания и обучения, применяемых в школах.

С огромной болью, полный сострадания к народу и его детям, Л. Н. Толстой признается в основных мотивах, заставляющих его заниматься педагогической деятельностью.

«Когда я вхожу в школу и вижу эту толпу оборванных, грязных, худых детей с их светлыми глазами и так часто ангельскими выражениями, на меня находит тревога, ужас, вроде того, который испытывал бы при виде тонущих людей. И тонет тут самое дорогое, именно то духовное, которое так очевидно бросается в глаза в детях.

Все современные школы, как помещичье-монархической России, так и буржуазной Европы, вместо того чтобы обеспечивать развитие детей, извращают природу ребенка, – бросает Толстой обвинение официальной педагогике. Между тем все нормальные дети обладают всесторонними возможностями нравственного и умственного развития.

Эти слова дали повод к обвинению Л. Н. Толстого в том, что он признает в природе ребенка наличие мистических, божественных начал и в создании теории «свободного воспитания». Признавая в целом ошибочность этих рассуждений Л. Н. Толстого, нельзя вместе с тем не заметить в них верные мысли писателя о том, что дети стремятся к общению со взрослыми, что они доверчиво относятся к разумным педагогическим воздействиям, что им присущи большие возможности для развития и воспитания. Очень важно отметить, что настойчивое требование Л. Н. Толстого о свободном воспитании было формой его протеста против царской официальной педагогики и казенной школы.

Свои представления о демократических и гуманных принципах организации народного образования и обучения детей Л. Н. Толстой воплотил в школе, организованной им в 1859 году в Ясной Поляне и реорганизованной в 1861 году.

Толстой был тонким психологом, исключительным знатоком детской души. Об этом свидетельствуют его литературные произведения, вся его педагогическая деятельность. По словам Н. К. Крупской, «душу ребенка умел видеть Толстой: и душу Анютки из «Власти тьмы», и душу Сережи из «Анны Карениной», и душу Коленьки Иртеньева, и душу яснополянских ребят».

Толстой умел заинтересовать детей, пробуждать и развивать их творчество, помогать им самостоятельно мыслить и глубоко чувствовать. Он беззаветно увлекался педагогической работой, непрерывно искал и требовал, чтобы каждая школа была своего рода педагогической лабораторией. Такой лабораторией, экспериментальной школой была в 1861–1862 годах Яснополянская школа.

2. Произведения писателя, доступные детям дошкольного возраста, их анализ

В цикле рассказов о Бульке и Мильтоне («Булька», «Булька и кабан», «Фазаны», «Мильтон и Булька», «Черепаха», «Булька и волк», «Что случилось с Булькой в Пятигорске», «Конец Бульки и Мильтона») автор не толко сообщает много интересных сведений о повадках и свойствах собак, фазанов, волков, диких кабанов, но и обращает внимание детей на преданность животного человеку, стремится внушить им любовь ко всему живому. Свойственная Толстому простота и сжатость повествования не исключает сюжетной напряженности эпизодов, выразительности описаний.

Значительно реже обращается писатель к жанру сказки. Большинство его сказок носят познавательный («Волга и Вазуза», «Шах и Дон»), реже дидактический («Три подводы») или аллегорический характер («Царь и рубашка»). Толстой пересказал для детей известную сказку Г. X. Андерсена «Царское новое платье» (1858) и поместил ее в «Азбуке». В дальнейшем он переработал эту сказку, высоко оценивая ее за остро критическую направленность. Толстой обращался и к русскому былинному эпосу. Сохраняя былинный ритм, он пересказал для детей несколько былин героического содержания, отражающих могущество, силу, патриотические чувства человека из народа («Микулушка Селянинович», «Вольга-богатырь», «Сухман»).

Наблюдая, как дети воспринимают прочитанное им произведение, Л. Н. Толстой отмечал ряд художественных принципов, необходимых в произведениях для маленьких читателей: лаконизм повествования, простоту содержания. Занимательность в произведениях для детей писатель видел в содержании, а не в изощренности и надуманности формы. В рассказе «Прыжок» подробное описание положения мальчика, стоявшего на рее, он заменяет короткой фразой: «Стоило ему оступиться, и он разбился бы о палубу». В басне «Собака и повар» Толстой изменяет первоначальный текст на описание, более понятное крестьянскому ребенку. Краткость изложения, однако, «не исключила применения писателем художественно-изобразительных средств: эпитетов, метафор, сравнений, антитез» 10 (вспомним рассказы «Булька», «Лев и собачка»). В поисках естественности повествования Толстой нередко применяет прием сказа, когда рассказ исходит от действующего лица или очевидца событий («Как мальчик рассказывал про то, как его в лесу застала гроза»).

Особое внимание обращал он на язык произведений. Художник писал: «Работа над языком ужасная, надо, чтобы все было красиво, коротко, просто и, главное, ясно». Обращаясь преимущественно к крестьянским детям, Толстой стремился к демократизации языка и потому пользовался, по его выражению, «языком, которым говорит народ и в котором есть звуки для выражения всего, что только может делать поэт».

Детство – счастливая пора в жизни каждого человека. Ведь в детстве все кажется светлым и радостным, а любые огорчения быстро забываются, как и короткие обиды на родных и близких людей. Не случайно этой теме посвящены многие произведения русских писателей: «Детские годы Багрова-внука» С. Аксакова, «Детство Тёмы» Гарина-Михайловского, «Как росли мальчишки» Е. Морозова и многие другие произведения.

Герой трилогии «Детство. Отрочество. Юность» Льва Николаевича Толстого – Николенька Иртеньев. К моменту начала повествования ему исполняется десять лет. Именно с десяти лет дворянских детей отправляли учиться в лицеи, пансионаты и другие учебные заведения, чтобы они, получив образование, послужили на пользу Отечеству. Такое же будущее ждет и Николеньку. Через несколько недель вместе с отцом и старшим братом он должен уехать в Москву учиться. А пока в окружении родных и близких он переживает счастливые и беззаботные моменты детства.

Эта повесть считается автобиографической, потому что Лев Николаевич воссоздал атмосферу своего детства. Ведь сам он вырос без матери: она умерла, когда Льву исполнилось полтора года. В повести та же тяжелая потеря ждет и главного героя, но это произойдет десятилетнем возрасте, то есть у него будет возможность любить и буквально боготворить свою maman, как было принято у дворян на французский манер называть маму. Герой признается, что когда он старался вспомнить матушку, то ему представлялись только карие глаза, «выражающие всегда одинаковую доброту и любовь, но общее выражение ускользало». Очевидно, писатель, не помнящий свою мать, воплотил в образе maman некий идеал женщины-матери.

Такой же мучительной становится для него и ссора с Натальей Савишной, которая посвятила всю свою жизнь воспитанию maman, а потом всех ее детей. Получив вольную, она расценила это как знак немилости, как незаслуженное для нее наказание и порвала документ. Только матушкино заверение, что все будет как раньше, примирило ее с дальнейшей жизнью в семье Иртеньевых. Наталья Савишна верой и правдой служила этой семье и за все эти годы скопила всего 25 рублей ассигнациями, хотя «жила скупо и над всякой тряпкой тряслась», по выражению ее брата. Умерла она через год после кончины maman, ведь твердо была уверена, что «бог ненадолго разлучил её с тою, на которой столько лет была сосредоточена вся сила её любви». Потерявший двух дорогих для него людей, Николенька, сразу повзрослевший и посерьёзневший, постоянно думал о том, что провидение для того только соединило его с этими двумя существами, чтобы вечно заставить сожалеть о них.

Конечно, мир русского барчука (а именно так называли дворянских детей) связан с миром взрослых: это и охота, в которой принимают участие Николенька и его братья; это и балы, где нужно не просто уметь танцевать мазурку и все остальные полагающиеся по этикету танцы, но и вести светские беседы. Ради того, чтобы понравиться Сонечке Валахиной с русыми милыми кудряшками и крошечными ножками, Николай, в подражание взрослым, хочет надеть перчатки, но находит только старую и грязную лайковую перчатку, что вызывает всеобщий смех окружающих и стыд и досаду главного героя.

Познает Николай и первое разочарование в дружбе. Когда Сережа Ивин, его бесспорный кумир, унизил в присутствии других мальчиков Иленьку Грапа, сына бедного иностранца, Николенька испытал сочувствие к обиженному мальчику, но не нашел пока в себе силы защитить и утешить его. После любви к Сонечке чувство к Сереже остыло окончательно, и герой почувствовал, что и Сережина власть над ним тоже утрачена.

Так заканчивается эта беззаботная пора в жизни Николеньки Иртеньева. После смерти maman жизнь героя изменится, что найдет отражение уже в другой части трилогии – в «Отрочестве». Теперь его будут называть Nikolas, а сам он поймет, что мир может обернуться совсем другой стороной.

3. Что можно рассказать детям о Л.Н.Толстом?

Велика роль произведений Толстого в умственном, нравственном и эстетическом развитие ребёнка. На важность приобщения детей к красоте слога великого писателя, на развитие культуры речи указывали известные педагоги, психологи, лингвисты: Ушинский, Запорожец, Выготский, Флерина и др. И нам, родителям и воспитателям, необходимо продолжать эту работу.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Волков, И.В. Теория литературы. Учебное пособие для студентов и преподавателей / И.В.Волков. – М., 1995. – 352 с.

2. Детская литература. Учебное пособие. / Под ред. Е.О. Путиловой. – М., «Академия», 2014. – 189 с.

3. Детская литература. Выразительное чтение. Практикум Учебное пособие. / Под ред. Т.В. Рыжковой. – М., «Академия», 2014. – 261 с.

4. Николаева С.А., Арзамасцева И.Н. Детская литература. Учебное пособие для средних педагогических учебных заведений/С.А.Николаева, И.Н. Арзамасцева. – М., 1997. – 451 с.

5. Кубасова О.В., Выразительное чтение. – М., «Академия», 1998. – 225 с.

Источник

А.Н. Толстой, его вклад в детскую литературу. Сказка «Золотой ключик»

Контрольная работа по детской литературе

Выполнила студентка III курса факультета педагогики и методики начального обучения Шишина Галина Анатольевна.

Северный международный университет

Мир печатного слова, литературы, распахивает перед ребёнком огромный мир – мир самой жизни. Педагоги и родители должны стараться, чтобы с самого детства дети были окружены лучшими образцами отечественной и зарубежной литературой, а также произведениями устного народного творчества. Это не только воспитывает хороший литературный вкус, но и обогащает жизненный опыт ребёнка. На примере поведения литературных героев он узнаёт, «что такое хорошо и что такое плохо» – постигает этические нормы; в воображаемых ситуациях ставит себя на место главного героя – «а как бы я поступил на его месте?»…

Нельзя забывать, что детская литература решает также не только эстетические, но и чисто педагогические, дидактические задачи: расширяет представления о мире, знакомит с природой и вещами, которые окружают ребёнка; помогает овладевать речью, чувствовать красоту и выразительность родного слова.

Сюжет детских книг обычно имеет чёткий стержень, не даёт резких отступлений. Для него характерны, как правило, быстрая смена событий и занимательность.

Раскрытие характеров персонажей должно осуществляться предметно и зримо, через их дела и поступки, так как ребёнка больше всего привлекают действия героев.

Требования к языку книг для детей связаны с задачей обогащения словаря юного читателя. Литературный язык, точный, образный, эмоциональный, согретый лиризмом, наиболее соответствует особенностям детского восприятия. Недаром высказывание Ю. Олеши «Для детей надо писать так же, как и для взрослых, только гораздо лучше», стало хрестоматийным.

Можно сказать, что все отмеченные особенности и требования к произведениям детской литературы в полной мере свойственны творчеству Алексея Николаевича Толстого.

Вклад А.Н. Толстого в детскую литературу.

Писатель широкого диапазона, Алексей Николаевич Толстой (1883-1945) оставил глубокий след в нашей литературе как прозаик, драматург, публицист.

Художник «большого, ценного, весёлого таланта», по определению Горького, А.Н. Толстой не только писал специально для детей, но неоднократно делился своими мыслями о задачах детской литературы.

А.Н. Толстой принимал активное участие в создании советской литературы для детей. Стремясь раскрыть перед детьми огромное идейно-эстетическое богатство произведений устного народного творчества, А.Н. Толстой подготовил сборник русских народных сказок. Он включил в него 7 волшебных сказок и 50 сказок о животных. Творческая обработка народных сказок была связана с долгой и кропотливой подготовкой материала. «Из многочисленных вариантов народной сказки выбираю наиболее интересный, коренной, и обогащаю его из других вариантов яркими языковыми оборотами и сюжетными подробностями», – говорил писатель предисловии к сборнику.

В детскую литературу А.Н. Толстой вошёл с книгой «Сорочьи сказки» (1910). Несколько сказок из неё были опубликованы в детских журналах «Тропинка» и «Галчонок». В книге раскрывается своеобразное обаяние детского общения с природой, миром зверей и птиц, растений и игрушек – всего, что было предметом завороженного и увлечённого наблюдения и переживания в раннем детстве. Люди ещё не вошли в этот мир, тем более не вошли в него события, оставшиеся за пределами непосредственных интересов ребёнка, героя повести.

В 1920-1922 гг., в эмиграции, А.Н. Толстой пишет повесть «Детство Никиты». В первом издании она называлась красноречиво – «Повесть о многих превосходных вещах». Вот такой видит из эмиграции Толстой свою Родину – землей «многих превосходных вещей»…

«Детство Никиты» – повесть автобиографическая. Это подтверждается тем, что многие «реалии» повести взяты из детства самого писателя. Но автобиографизм повести имеет и более глубокий характер, связанный с идейно-художественным своеобразием повести. Произведение А.Н. Толстого воспринимается в ряду повестей о детстве, созданных в русской литературе Н.М. Гариным-Михайловским, С. Т. Аксаковым, Л.Н. Толстым, М. Горьким. В «Детстве Никиты» сказалось чудесное искусство перевоплощения писателя в ребёнка, сказалось свободным дыханием, необыкновенной рельефностью каждой показанной вещи, сказалось страстной и сдержанной любовью к природе, ко всему живому, точным взрослым знанием их и точным их детским восприятием, постижением детского характера.

Сказка была неотъемлемой частью жизни А.Н. Толстого. Наибольшую славу приобрела сказка «Золотой ключик, или Приключения Буратино».

Сказка «Золотой ключик».

Практически перед возвращением из эмиграции А.Н. Толстой совместно с Н. Петровской в берлинском журнале публикует перевод, а по существу, свою первую переработку повести итальянского писателя К. Коллоди (К. Лоренцини) «Приключения Пиноккио» (1924). С этого времени начинается работа Толстого над повестью-сказкой «Золотой ключик, или Приключения Буратино». Многолетняя работа над этим произведением была завершена в 1936 году.

Необходимо отметить, что в это десятилетие вошло такое явление советской литературы и педагогики, как «борьба со сказкой». Сказка как жанр детской литературы безусловно отрицалась. При активном участии Харьковской педагогической школы вышел основополагающий сборник статей «Мы против сказки». Натиск педагогической и рапповской критики на сказку был так сокрушителен, успех врагов сказки выглядел таким прочным, что казалось, будто это уже навсегда. Будущее литературы рисовалось поэту «очищенным от сказок: «Тут не бродить уже туфельке Золушки, на самобранке не есть», – с меланхолической грустью писал Илья Сельвинский.

Но не прошло и месяца после Постановления ЦК ВКП(б) от 9 сентября 1933 года, где сказка была причислена к жанрам, необходимым советской литературе для детей, как Толстой, вспомнив свою берлинскую переделку, подписал с Детгизом договор на книжку о Пиноккио, ещё не зная, что это будет другая книжка – о Буратино. Дело тут, конечно, не в особенностях памяти писателя, а в общественной ситуации: «Пиноккио» всплыл, когда буйство гонителей сказки оказалось пройденной вехой.

М. Петровский [3] усматривает и настаивает на прямой связи создания сказки «Золотой ключик…» и романа-трилогии «Хождение по мукам». «Писатель может отложить одну работу и взяться за другую, но отложить бремя замыслов и образов художнику не дано…Толстой начал писать «Золотой ключик», отложив работу над последней частью трилогии «Хождение по мукам». За детскую сказку он взялся с теми же мыслями и тревогами, которые заботили писателя «взрослого», и хотя было бы чрезмерностью утверждать, что «Приключения Буратино» – это «Хождения по мукам» для детей, но для композиции, для некоторых сюжетных линий и персонажей сказки такое утверждение очень основательно», – пишет Петровский.

Особенности композиции, сюжета и системы образов. Буратино и Пиноккио, Буратино и Петрушка.

Как известно, сказка начинается предисловием, в котором Толстой пишет: «Когда я был маленький […] я читал одну книжку […] Я часто рассказывал моим товарищам […] занимательные приключения Буратино. Но так как книжка потерялась, то я рассказывал каждый раз по-разному, выдумывал такие похождения, каких в книге и совсем не было. Теперь, через много-много лет, я припомнил моего старого друга Буратино и надумал рассказать вам, девочки и мальчики, необычайную историю про этого деревянного человечка».

Казалось бы, всё ясно: и то, почему герой Толстого носит другое имя, и то, почему приключения Буратино так мало похожи на приключения Пиноккио. Названа книга Коллоди и указано, что связь с ней опосредована детским восприятием. Ясен и художественно достоверен образ ребёнка – будущего писателя, предающегося творчеству, тогда ещё почти бессознательному. Такой эпизод – мальчик, свободно фантазирующий на тему прочитанной книжки, – вполне мог бы занять место в каком-нибудь рассказе или повести А.Н. Толстого о ребёнке, например в «Детстве Никиты».

Более того, Петровский настаивает на том, что предисловие, настойчиво переносящее дату возникновения сказки в конец XIX века, в детство Толстого, служит превосходной маскировкой слоя сказки, пародирующего … блоковскую эпоху, символизм.

В самом деле, если рассмотреть композиционное построение сказки и систему образов, мы видим, что Толстой, как он о себе сам говорил, «…человек этого общества символистов», высмеял и наполнил новым содержанием многие образы символистского обихода.

Роман Пьеро и Мальвины – существенное отличие «Приключений Буратино» от «Приключений Пиноккио». Этот роман даёт Пьеро возможность прочитать стихи, переживать, плакать… А Толстому, по мнению М. Петровского – пародировать стихи, «переживания и слёзы» эпигонов Блока. (Даже семейная драма Блока осмыслялась им самим в образах трёх театральных масок – Пьеро, Арлекина, Коломбины).

Когда Буратино попадает в лесной домик Мальвины, она сразу же приступает к воспитанию озорника, заставляет его решать задачи и писать диктовки, причём текст диктанта такой: «А роза упала на лапу Азора». Откуда попал в сказку знаменитый палиндром А. Фета? Превратить в учебную пропись поэтическую строчку – в этом, несомненно, есть какая-то насмешка. Это загадка опять-таки открывается блоковским ключом. Отгадка сатирически направлена на драму А. Блока «Роза и Крест». Толстой пародирует драму Блока, перевернув фетовский палиндром ещё раз – в смысловом отношении: роза, упавшая из рук Изоры, становится розой, упавшей на лапу Азора. Звуковое совпадение имён служит основой для пародийного сопоставления, а платоническое обожание – темой пародии.

Более того, Толстой высмеял даже увлечение спиритические увлечения современников своей молодости в сцене в харчевне, когда Буратино «завывающим голосом проговорил из глубины кувшина»… Заимствованная же у Коллоди сцена превращения полена в мальчишку переосмыслена Толстым как пародия на «магическое действо». Практически это превращение – единственное подлинно волшебное, чудесное, нереальное действие во всей сказке (если принять как данность, что куклы и животные могут жить и говорить).

Если говорить о других композиционных особенностях, служащих творческим задачам сказки, то следует отметить и кольцеобразность сюжета повествования. Буратино отправляется из дома на поиски счастья, и, пережив все те бедствия и несчастья, которые напророчил Сверчок тому, кто покидает отчий кров (вспомним, что работу над сказкой Толстой начал ещё в эмиграции), находит то, что искал – счастье и дверцу, открывающуюся Золотым ключиком, под родной крышей и у родного очага. (М. Петровский в связи с этим вспоминает «Пер Гюнта» Г. Ибсена и «Синюю птицу» Метерлинка.) Такое решение вопроса о том, где искать счастье будет потом у Толстого и в «Хождении по мукам».

Многие работы посвящены отличиям «Приключений Пиноккио» от «Приключений Буратино» – и сюжетным, и композиционным, и смысловым. Если говорить о системе образов сказки «Золотой ключик», то следует отметить уже упоминавшийся введённый Толстым образ Пьеро, которого не было у Коллоди, и образ «девочки с голубыми волосами», Мальвины.

У Коллоди есть фея, волшебница с голубыми волосами. Она всё время наставляет Пиноккио на путь истинный, а когда приходит время, даёт ему главную награду – превращает Пиноккио в живого мальчика. Герой Толстого не нуждается в таком превращении изначально – во-первых, он достаточно живой и реальный мальчишка, несмотря на свою «деревянность», а во-вторых, такое превращение было бы чуждо сюжетной ткани этой на редкость здравой и реалистичной, по замыслу Толстого, сказки.

Мальвина («железная девочка», по мнению деревянного мальчика) – не волшебный, а бытовой, причёт сатирически освещённый персонаж. И ничего общего с волшебницей из сказки Коллоди, кроме цвета волос, у неё нет.

У Коллоди есть смешная обмолвка, проникшая в берлинский пересказ Толстого: Пиноккио не попадает в школу и, следовательно, остаётся неграмотным, тем не менее, в одной из следующих сцен он со слезами на глазах читает надпись на могиле волшебницы. Быть может, заметив эту смешную неувязку, Толстой и придумал сцену обучения своего героя грамоте? Педагогический темперамент, страсть давать уроки при любых обстоятельствах, чисто учительский педантизм, чрезмерная и порой откровенно неуместная благовоспитанность, упорная и мелочная ригористичность стали определяющими чертами образа Мальвины. Отвлечённые рассуждения и условные ценности Мальвины явно проигрывают от ближайшего соседства с житейской находчивостью и простодушной рассудительностью Буратино. Идёт проверка персонажей на жизнеспособность, и становится ясно: жизнеспособность – величайшая и всё решающая ценность в художественном мышлении Толстого.

При обрисовке образов велика роль художественной детали. Например, безвольно свисающие длинные рукава балахона, в который облачён Пьеро, противопоставляются задорно торчащему носу Буратино, безвольная рефлексия одного противопоставлена мускулистой энергичности другого. Длинные рукава сугубо итальянского балахона становятся у Толстого реализацией русского фразеологизма «спустя рукава».

Все писавшие о сказке отмечали элемент развития в характере героев; меняется и Пьеро, и это изменение показано всё теми же рукавами балахона. По примеру Буратино, Пьеро ввязывается в драку с полицейскими псами, которые обрывают пресловутые рукава, и в результате Пьеро приходит к заключительной сцене в нечаянном подобии спортивной безрукавки.

Кукольные герои сказки наделены характерами не слишком сложными (сложные противоречили бы законам жанра), но выраженными чрезвычайно интенсивно. «Человеческий» характер папы Карло оказывается бледнее и даже «кукольней» – в нём проглядывают шаблонные черты театрального амплуа (что-то вроде «благородного отца»).

Больше повезло паре злодеев – доктору кукольных наук и продавцу пиявок. В Карабасе каким-то чудом соединились в нерасчленимый образ черты плакатного буржуя и сказочного злого волшебника. Пьяница, обжора и сквернослов, друг сильных мира сего, беспощадный эксплуататор кукольного народца, учёный-искусствовед, эстетическая программа которого состоит из 7 пунктов – 7 хвостов его плётки, – Карабас не зря пользуется услугами продавца пиявок: он сам жирная пиявка, паразитирующая на театре. Его друг Дуремар – сказочный вариант Смердякова, лакейская душонка, чья профессия наводит ужас даже на Карабаса, – ничтожество, продающееся за ужин, доносчик и предатель.

Давая своей кукольной красотке имя Мальвина, Толстой опирался на давнюю традицию, хорошо известную ему, знатоку русского XVIII века. Имя Мальвина попало в Россию вместе с поэмами шотландского барда Оссиана. Эти произведения, как потом выяснилось, были грандиозной мистификацией. Имя Мальвины – спутницы престарелого Оссиана и подруги его погибшего сына Оскара – приобрело огромную литературную популярность и стало самым привлекательным знаком романтической возлюбленной.

Но главный герой сказки, разумеется, Буратино.

Буратино бесконечно обаятелен даже в своих грехах «малого чина»: и в своём любопытстве (в духе русского фразеологизма «совать нос не в своё дело»), и в своей наивности (проткнув носом холст, не догадывается, что за дверца там виднеется, то есть «не видит дальше собственного носа»), и в нарушающей благопристойность естественности своего поведения. Любопытство, простодушие, естественность… Писатель доверил Буратино выражение не только своих самых заветных убеждений, но и самых симпатичных человеческих качеств, если только позволено говорить о человеческих качествах деревянной куклы. Буратино ближе к русскому Петрушке, чем к итальянскому Пиноккио – и характером, и даже элементами сюжета (например, один из непременных атрибутов действа с Петрушкой – его встреча с представителями власти, городовым или дворником).

Одно из главных отличий сказки Толстого от сказки Коллоди – отсутствие морализаторства. «Приключения Пиноккио» – произведение откровенно и насыщенно морализаторское. Едва ли не каждый эпизод сопровождается пространными моральными сентенциями. Морализирует автор, морализируют его герои – и Карло, и волшебница с голубыми волосами, и сверчок, и белочка, и собака Алидоро (прообраз Артемона), и сам Пиноккио. У Коллоди морализируют все, у Толстого – никто.

Характер Буратино показан в постоянном развитии; героическое начало в деревянном мальчике часто просматривается через внешне комическое, мнимоотрицательное. Так, после отважной схватки с Карабасом Мальвина заставляет Буратино писать диктант, но он моментально придумывает отговорку: «Письменных принадлежностей не взяли». Буратино потому и пользуется любовью ребят, что он не только по-сказочному удачлив, но и имеет подлинно человеческие слабости и недостатки.

И ещё одно из главных отличий: в итальянской сказке нет главного образа сказки о Буратино, нет её ключевой метафоры и наиболее значимого символа – именно золотого ключика.

Итак, мы видим, что повесть-сказка А.Н. Толстого является практически самостоятельным произведением, хотя и имеющим в качестве литературного источника сказку итальянского писателя Коллоди «Приключения Пиноккио». «Золотой ключик» построен как история разгадки «тайны – тайны камина в каморке папы Карло, секрета золотого ключика. А в итоге в сказке происходит выяснение того, кто есть кто: кто герой, а кто злодей… Детективный сюжет помогает ребёнку глубже видеть жизнь, всматриваться в лица и обстоятельства, активно думать и чувствовать, переживать испытания вместе с героями и самому принимать решения.

Рисуя кукольных человечков, их врагов и друзей, Толстой создаёт сказочные и одновременно реальные образы с тонким психологизмом, показывая их в развитии, во взаимодействии.

Наибольшая удача сказки – характер Буратино. Это живой и даровитый мальчишеский характер, традиционно русский и в то же время современный, демократический и человеческий. Во многом противоположен ему Пьеро, носящий маску уныния и меланхолии. Здесь чувствуется отголосок полемики Толстого с символистической и декадантской поэзией и типом поэтической личности, утверждаемой ею.

Литературоведам давно известна одна особенность толстовского творческого процесса: свою мысль писатель поначалу отрабатывал на произведениях малых жанров, прежде чем воплотить её в крупной вещи. Даже предварительный анализ показывает, что, работая над сказкой, Толстой прокладывал путь завершения романа «Хождение по мукам», строил, опробовал, испытывал «романную модель» – композицию, равную концепции. То обстоятельство, что после скитаний в дальних краях герои сказки обретут цель своих поисков в «родной каморке», у отчего очага, было выяснено автором не в 1941 году, когда была поставлена точка в «Хмуром утре», а гораздо раньше – весной 1935 года при окончании сказки «Золотой ключик, или Приключения Буратино». В синхронном плане сказка примыкает к историко-культурной и лирической темам трилогии почти в таком же смысле, в каком повесть «Хлеб» примыкает к историко-революционной теме «Хождения по мукам».

Бегак Б. Золотой ключик детства. // Бегак Б. Правда сказки. – М., 1989

Детская литература. / Под ред. Зубаревой Е. – М., 1989

Зиман Л. Товарищ Пиноккио и индустриальный магнат Карабас Барабас. // Детская литература. – 1991. – №3. – С. 62-65

Петровский М. Что отпирает «Золотой ключик»? // Пиотровский М. Книги нашего детства. – М., 1986

Советская детская литература. / Под ред. Разова В. Д. – М., 1978

Шамаева С. Трагедия советской сказки. // Народное образование. – 1998. – №5. – С. 141

Источник